Паулина Андреева: «Деньги мной не руководят»

Паулину Андрееву страна узнала и полюбила после выхода на экраны фильма Валерия Тодоровского «Оттепель». Это ее героиня исполняет «визитную карточку» картины — песню Константина Меладзе с «прилипчивым» припевом: «Ах, как я была влюблена, мой друг! И что теперь? Я думала, это весна, а это — оттепель», которая в считанные дни стала всероссийским хитом. Сейчас на Первом канале с большим успехом идет детективный телесериал «Метод» с Константином Хабенским и Паулиной Андреевой в главных ролях. А совсем недавно на экраны вышел эротический триллер «Саранча», где Паулина и Петр Федоров сыграли влюбленную пару. И это еще одна ее главная роль.

Считает ли молодая актриса, что «поймала за хвост Жар-птицу», трудно ли было сниматься с Константином Хабенским, приходилось ли «ломать себя» для съемок в эротических сценах с Петром Федоровым и стоило ли ради этого всего бросать родной Питер и профессию журналистки? Обо всем этом и о многом другом мы постарались расспросить Паулину Андрееву.

Метод Андреевой

— На Первом канале сейчас идет телесериал «Метод». Это фактически триллер. И фильм «Саранча» снят в таком же жанре. Как-то все это мрачновато — вам не кажется? Не хотелось ли сняться в чем-то более светлом?

— Для меня как для актрисы важно, чтобы сама роль была объемной. И интересно попробовать себя в этом необычном жанре. Романтических вещей предлагают много — гораздо больше, чем вот таких, острых. Поэтому в них-то мы всегда успеем поучаствовать. А тут есть необычный сюжет, есть характер, есть развитие. И есть любовь.

— А не страшно было сниматься в «ужастике»?

— «Метод» — это продукт действительно оригинальный. То есть — наш российский, нигде не купленный, аналогов нет нигде в мире. Сценарий, насколько мне известно, писался довольно долго — собирался по крупицам из реальных историй. Все эти преступления, которые там фигурируют, действительно совершались в России — и в прошлом веке, и уже в нынешнем. От осознания этого действительно становится страшно. В остальном — мы создаем свою реальность, это кино. Но некоторые страхи все равно пришлось преодолевать.

— Какие, например?

— Например, моя героиня Есения — смелая девушка. Она дерзкая и бесстрашная. Такие качества скорее присущи лицу мужского пола, чем девушке, в том числе и мне самой. И этим мы с ней отличаемся. Я всегда была достаточно впечатлительной. Но тут, в процессе съемок, присвоила цинизм своей героини себе в какой-то степени. И стала холодно относиться к тому, что раньше пугало.

— Как вам работалось с Константином Хабенским?

— С Константином Юрьевичем работать очень интересно. Это огромный профессиональный опыт. Около полугода мы всей съемочной командой жили в Нижнем Новгороде. Это была настоящая кинематографическая школа. Непростая задача — соответствовать Хабенскому, потому что он очень большой актер.

— Ну и как — удалось?

— Мне трудно судить, не знаю. Экран покажет, насколько это у меня получилось.

— Константин вам помогал во время съемок?

— Да, он во многом помогал мне. Так же, как его герой Меглин взял шефство над моей Есенией, Константин Юрьевич на съемочной площадке взял шефство надо мной. Для любой молодой актрисы работа с Константином Хабенским — подарок судьбы…

Страстная «Саранча»

— Когда вы соглашались на съемки в фильме «Саранча», вас не смущало, что там довольно много откровенных сцен?

— Смущало. Я понимала, что иду на огромный риск. Но прежде чем мы приступили к съемкам, было проведено огромное количество встреч с создателями картины — я имею в виду режиссера Егора Баранова, продюсера Александра Цекало и моего партнера Петю Федорова. Потому что все паззлы должны были сложиться — мы должны были понять, что мы мыслим одинаково и идем в одном направлении. Больше всего меня подкупил профессиональный подход продюсеров к этому материалу. И я решила рискнуть.

— Что было самым сложным?

— От меня и от Пети Федорова требовалась определенная актерская раскрепощенность. Собственно, это и было самой сложной задачей — достоверно передать с экрана любовь.

— Я знаю, что вы немного подправляли сценарий…

— Мы корректировали сцены, связанные с любовью и страстью. Репетировали до самых мелочей в одежде, как танец. Хочу сказать особое спасибо Пете Федорову, потому что от него как от мужчины зависело очень многое. В процессе съемок он был внимателен и деликатен, поддерживал меня и стал моим другом.

Экстремальный шаг

— Знаю, что вы учились на факультете журналистики Санкт-Петербургского университета. А потом все бросили и уехали в Москву, поступили в Школу-студию МХАТ. Что вас толкнуло на такой решительный шаг?

— После двух лет обучения на журфаке я поняла, что, похоже, занимаюсь не своим делом. Ведь еще в 16 лет, как только окончила школу, я хотела поступить на актерский факультет. И вот в какой-то момент решила все-таки осуществить свою давнюю мечту.

— А почему уехали в Москву? Можно же было, наверное, и в Питере получить актерское образование, а дома быть студентом намного проще: родители рядом — накормят, приголубят…

— Вот как раз поэтому и уехала: мне хотелось вырвать себя из некой зоны комфорта и погрузить себя в настоящую студенческую жизнь — жить в общежитии, например. Поэтому я и выбрала Москву. Просто захотелось самостоятельности.

— Не боялись все так сразу поменять?

— Для моего характера как раз свойственны подобные действия. Мне хотелось бросить себя в экстремальные обстоятельства, а не нежиться в уютном своем городе, в котором я окружена теплом и любовью семьи. Для творческого человека, наверное, лучше иметь стесненные условия, чем комфортные. Это мобилизует, подталкивает к действиям, не дает расслабиться.

— По Санкт-Петербургу не скучаете?

— Ну как по нему не скучать? Это же мой любимый город, моя малая родина. Там моя семья. Стараюсь как можно чаще ездить туда.

— Родители смотрят ваши проекты?

— Нет. Как-то так уж повелось. В жизни мне, так или иначе, приходится сталкиваться с критикой, провокациями от коллег, от зрителей и так далее. Окружающий мир бывает агрессивным. Я рада, что у меня есть такая база в Петербурге, где кормят и хвалят.

— Ваши родители уже видели «Саранчу»?

— А показывать им будете?

— Не боитесь, что им может не понравиться?

— У меня молодые, довольно демократичные родители. Правда, я все равно волнуюсь, потому как картина получилась довольно откровенной. Но мы с ними о таких моментах говорили, они прекрасно понимают, что это — часть моей профессии…

Деньги и кино

— Паулина, в каких кинопроектах вы сейчас заняты?

— Проекты пока в планах: договора еще не подписаны, так что про это рано говорить.

— Актерское суеверие — боитесь спугнуть удачу?

— В этом плане — да.

— Вы вообще суеверный человек?

— Я, скорее, человек приватный — не очень люблю рассказывать о своих планах. Вот когда все сложится, как надо, тогда все и расскажу.

— Вас недавно признали одной из самых сексуальных актрис.

— Да? Я об этом и не слышала. В первую очередь воспринимаю это как комплимент. Но не могу относиться к этому серьезно.

— Потому что это все временно. Сегодня ты — на первом месте в рейтинге самых красивых женщин российского кинематографа, а завтра — уже не ты, а Маша, а послезавтра — Наташа… Это все временно, очень эфемерно.

— В одном интервью вы сказали, что никогда не будете сниматься в фильме, за работу в котором будет потом стыдно, какие бы деньги этот проект ни сулил.

— Я не всегда могу быть уверена в том, каким получится фильм или сериал. Это живой организм, тут всегда присутствует риск. Но деньги мной действительно не руководят. Главное для меня — художественные достоинства картины, интересная, глубокая роль, хороший творческий коллектив. Пока с этим мне везет…