«Дело Кукуры и Винокура» вернулось в Смоленск

Мы уже писали про это очень громкое в своё время дело по похищению первого вице-президента нефтяной компании «Лукойл» Сергея Кукуры и убийству смоленского «авторитета» Владимира Винокурова В Смоленске будет пересмотрено дело по убийству «авторитета» Винокура Осуждённые уже отсидели, с учётом их ареста в 2003-м, почти по 15 лет и его водителя. Сейчас дело вернулось «на родину». Осуждённые, Игорь Рябоконь (Гаррис) и Юрий Стаценко (Стэц), уже отсидели, с учётом времени под арестом, почти по 14 лет – большую часть своих сроков в 20 и 19 лет.

В 2005-м Рябоконя и Стаценко оправдали по эпизоду с похищением Кукуры, приговорив их за убийство Винокура и его водителя. Но до сих пор многие не сомневаются, что Гаррис и Стэц всё-таки причастны к похищению Кукуры. А вот обвинение по Винокуру, как оказалось, было построено на показаниях «липовых» свидетелей.

В то время я посещала практически все судебные заседания по этому делу, общалась с адвокатами всех сторон, Кукурой, гособвинителями и т.д. На руках у меня оказалось много копий документов, в том числе и протоколы допросов Кукуры. Всё описанное ниже имеется в материалах уголовного дела.

Свобода или смерть

На заре 25 сентября 2002-го нефтяного магната Сергея Кукуру с мешком на голове привезли в какое-то место, спустили в овраг, под угрозой смерти приказали полчаса не поворачиваться и сняли мешок. Сергей Петрович боялся пошевелиться, не верил в своё освобождение и ждал выстрела в спину, но шаги удалялись, а вскоре неизвестные ему бандиты уехали.

Кукуру было не узнать: из лощёного господина за 13 дней плена он превратился практически в бомжа, разве что побрит. На нём были синяя хлопчатобумажная роба, кеды и старомодный плащ с чужого плеча. В карманах - 50 долларов и 2 тысячи рублей, которые дали ему на дорогу похитители, а в пакете – паспорт и костюм, которые ему вернули.

Он сидел в сумерках на холодной земле и курил. Потом вышел на тёмную пустую дорогу, пошёл в сторону огней, у охранника автозаправки спросил, как пройти в направлении Москвы. Тот удивлённо показал ему в сторону вокзала.

Оказалось, его привезли в Брянскую область. Доехав на электричке до Брянска, Кукура уговорил таксиста отвезти его в Москву. В районе Лесных Дач позвонил жене и сказал, что скоро будет во Внукове, где у него коттедж. В машине переоделся, по пути покупал тульские пряники и яблоки. Оказавшись дома, вымылся и выпил спиртного, чтобы хоть как-то снять стресс, а потому следователя, примчавшегося в посёлок, принимать уже не стал.

Давал показания на следующий день. Рассказал, что утром 12 сентября 2002-го он, как обычно, выехал из Внукова на служебном 600-м «Мерседесе» в сторону офиса «Лукойла». Его сопровождали охранник Шахов и водитель Гудков. На повороте в сторону Минского шоссе дорогу иномарке преградила чёрная «Волга» с синими милицейскими номерами. Рядом – трое мужчин в камуфлированной форме, с масками на лицах и автоматами Калашникова на ремнях.

Водитель предъявил милиционерам документы, но они им были не нужны. Замаскированные мужчины сначала приказали всем выйти из салона и положить руки на крышу машины, а затем спросили:

- Кто из вас Кукура?

Невысокий мужчина в чёрном костюме, фирменных туфлях и часах за 10 тысяч долларов дал знак, после чего ему приказали сесть в «Волгу». Сергей Петрович сел. На его запястьях мгновенно защёлкнулись наручники. Попытался возмутиться – сказали «Заткнись!», надели на голову мешок и сделали инъекцию морфина в вену, после чего Кукура отключился. Успел лишь услышать и запомнить, как «милиционеры» переговариваются по рации: «База, база, я первый, у нас всё хорошо».

Кукуру всё везли и везли куда-то. Когда машина остановилась, он, придя в себя, попросил воды и закурить.

- Дайте ему, - сказал какой-то новый голос.

С Сергея Петровича сняли нагрудный крест белого золота и туфли – похитители опасались, что в них могут быть «жучки». И начался разговор с новым незнакомцем.

- Твоя жизнь нам не нужна, - говорил он. - 10 млн долларов.

- Такой суммы у меня и близко нет, и обсуждать её я не могу.

- Ладно, отдашь 6 млн.

- Лично у меня таких денег нет.

- Об этом мы будем говорить в другом месте.

Машина тронулась и минут через 20 снова остановилась. Двое мужчин взяли Кукуру под руки и буквально занесли его в какое-то помещение. Там беседа о выкупе продолжилась.

- 3 млн долларов и 3 млн евро.

Немного подумав, Кукура сказал:

- Такую сумму может выплатить только компания.

После обсуждений Кукуру сняли на видео. Он обратился к руководителю «Лукойла» Алексперову и назвал требуемую сумму. На считанные минуты мешок с головы нефтяника был снят. Его взору предстал интерьер старого деревенского дома с печкой, всё в хламе и паутине.

И потекли дни заточения. Сергею Петровичу было категорически запрещено разговаривать с охранниками, а разрешение нужно было спрашивать даже на то, чтобы перевернуться с боку на бок, лёжа на металлической кровати с женским пальто под головой. Было слышно, как с улицы кричат петухи, мычат коровы, лают собаки.

Клятва Кукуры

Еще в первый день своего плена Кукура попросил:

- В случае моего убийства верните моё тело жене или, по крайней мере, пошлите записку, где моё тело находится, чтобы близкие могли меня похоронить.

На что ему отрезали:

- Об этом думать рано, а вообще никто с твоим телом возиться не будет.

Его охранники переговаривались шёпотом, по утрам делали зарядку, отжимались. Кто-то садился к нему на кровать, колол ему в вену какой-то психотроп и расспрашивал, сколько коттеджей во Внукове, кто в них живёт, есть ли компромат на этих известных людей и компромат на компанию «Лукойл». Позже просил рассказать про звёзд шоу-бизнеса, политических деятелей, членов правительства, руководителей силовых ведомств и министерств. Требовал:

- Скажи под диктофон, что лично носил взятки Черномырдину и Касьянову!

Кормили нефтяника в основном картошкой и овощами с огорода, антоновкой, колбасой, макаронами с тушёнкой, как-то дали даже зайчатину. Заставляли есть:

Еще раз снимали на видео – выкуп всё не платили, нужны были свежие подтверждения того, что Кукура жив. Пленник попросил на камеру, чтобы не было никаких препятствий при передаче денег.- Нужно послать его пальцы или уши, тогда будет более убедительно, - раздражённо переговаривались между собой похитители.

А 24 сентября Кукуру неожиданно решили отпустить, взяв с него клятву под угрозой расправы с ним самим и его семьёй. На диктофон Сергей Петрович сказал:

- Если я останусь жить, я клянусь именем своих детей, что не буду сам предпринимать каких-либо мер по розыску лиц, меня удерживающих.

Кукуре дали коньяка и выспаться, после чего, не снимая с его головы мешок, куда-то повезли. На поиски нефтяника были брошены огромные силы, была приготовлена колоссальная сумма выкупа, а его просто отпустили.

Похоже, Сергей Петрович свою клятву сдержал.

«Кот в мешке»

Сразу после похищения Кукуры от введённого в вены морфина отключились его охранник и водитель, а когда очнулись, забили тревогу. Уголовное дело возбудили в тот же день. Начался большой переполох – похищена фигура такого масштаба!

Через несколько дней компания «Лукойл» с помощью правоохранительных органов начала переговоры с похитителями и подготовку требуемой ими суммы. Одну видеокассету бандиты подбросили на кладбище, вторую – на остановку в маленькой подмосковной деревне.

Переговоры вели разные люди, в том числе и оперативники ГУБОП. Но передача денег раз за разом проваливалась, поскольку условия похитителей выглядели странными и были невыполнимыми. Например, нужно было через полчаса после телефонного разговора подъехать в определённое место на особой машине с красным надувным шариком и отдать деньги. Только на то, чтобы найти джип оговорённой марки и загрузить в машину сумки с несколькими сотнями кило долларов и евро в мелких купюрах, требовалось гораздо больше времени.

«Лукойл» был готов платить за своего патрона, но оперативники на всякий случай приготовили муляж аналогичной суммы. Реальные деньги отдавать было слишком рискованно – в этом случае жизнь заложника потеряла бы свою цену.

А Кукура вернулся сам и на первых допросах даже не заикался об ещё одном обещании бандитам – что отдаст им 1,3 млн долларов из личных сбережений, когда окажется на свободе.

Вскоре после возвращения Кукуры был убит смоленский «авторитет» Винокур.

Жизнь Кукуры за смерть Винокура?

Владимира Винокурова расстреляли утром 11 октября 2002-го, когда его серебристый джип выезжал из деревушки в Хиславичском районе. Трое замаскированных киллеров из синей «девятки» с московскими номерами разлили на дороге моторное масло, на котором иномарка Винокура заскользила, съехав в поле, и открыли по машине автоматный огонь. Винокур выскочил из «Тойоты» и бросился бежать в сторону берёзового леса, но его безжалостно дострелили. Только в голову было произведено 7 выстрелов. Водителя расстреляли прямо за рулём.

Очень скоро на месте расправы собрались сотрудники правоохранительных органов. Уже через час вся область знала о том, что Винокура больше нет. Синюю «девятку», на которой скрылись преступники, нашли брошенной во дворах. На заднем стекле – следы крови.

После похорон следователи начали допрашивать всех, кто мог хоть что-то пояснить по этому делу. Близкие Винокура говорили, что незадолго до гибели он был чем-то озабочен и однажды высказался:

- Если меня убьют, то только свои.

Также эти люди вспомнили, что на одном из недавних торжеств отсутствовали Рябоконь и Стаценко, и этот факт тогда вызвал подозрение. Рябоконь даже на похороны не пришёл. Ко всему, нашёлся свидетель, который рассказал о том, что Гаррис и Стэц предлагали ему 3 тысячи долларов за убийство брата Винокура, Александра, и даже выдали оружие, но парень не исполнил «заказ». Во время следствия этот свидетель по имени Дмитрий несколько раз звонил мне по ночам из колонии. За что он сидел, не помню, но то, что его нанимали в качестве киллера, он мне по телефону подтвердил, как впоследствии и в суде.

Информация дошла до брата покойного Винокура, и в деле появились подозреваемые. Помимо Стэца и Гарриса, ещё несколько человек. Только вот где они, следствие не знало.

А через несколько месяцев после громкого расстрела нашлись ещё двое свидетелей, которые якобы проезжали мимо места расправы на старых «Жигулях» и своими глазами видели людей, которые, сняв маски, закидывали в синюю «девятку» автоматы. Двоих мужчин эти свидетели запомнили. Парней тут же засекретили, назвав в деле «Кунцевичем» и «Михайловым». Были предприняты меры для их защиты.

По версии следствия и спецслужб, похищение Кукуры Винокур поручил Гаррису и Стэцу, а когда узнал о том, что за отпущенного на свободу нефтяника они получили большие деньги, решил с ними разобраться. Но Гаррис и Стэц опередили его, лишив жизни.

«Возьми на себя похищение»

12 июня 2003-го на территории воинской части в Подмосковье был задержан Юрий Стаценко. Спецназовцы и опера сидели в засаде, а Стэц с компанией отмечал День независимости России, жарил во дворе шашлыки. Когда он после сытного обеда пошёл домой, в квартиру ворвались вооружённые люди в масках, повалили Стэца на пол. Сопротивления он не оказывал. На шкафу в квартире был обнаружен самодельный заряженный пистолет уникальной конструкции. Подозреваемого доставили на Шаболовку, где он давал свои первые показания.

- Возьми на себя похищение Кукуры, и мы не будем тебя посылать в смоленскую тюрьму, - по словам Стаценко, следователи и опера, зная, что он подозревается и в убийстве Винокура, уговаривали его взять на себя нефтяника. За Винокура Стэца могли прикончить в любом месте лишения свободы на территории Смоленской области. – Останешься в Москве, получишь свою «пятёрку» - и гуляй.

Так и появилось чистосердечное признание, в котором Стэц указывает банду из восьми человек, в том числе и Рябоконя, который был крёстным его сына. А через несколько дней Стэц отказался от своих слов.Из показаний Стаценко от 16 июня 2003-го:

«Мне был фактически продиктован текст моего якобы чистосердечного признания. Могу добавить, что частично я писал его самостоятельно и указывал события, которые мне были известны из газет, телепередач и Интернета».

В августе 2003-го на Курском вокзале при посадке в поезд был задержан Игорь Рябоконь, который под фамилией «Крафт» собирался ехать с племянницей на Украину.

Вскоре Стэцу и Гаррису было предъявлено обвинение в похищении нефтяника и убийстве «авторитета». Долгие месяцы в ожидании суда они провели в смоленской тюрьме, на Стэца совершалось покушение – его шея оказалась изрядно порезанной.

В областной прокуратуре не сомневались, что Кукуру удерживали в деревянном доме деревни Шабель Хиславичского района.

Вы узнаете правду, и эта правда сведёт вас с ума

25 мая 2005-го в областном суде начались предварительные слушания по этому делу. Были предприняты все меры безопасности, подсудимых вели в плотном кольце конвоя, при выключенном в холле свете. Но можно было разглядеть, что Рябоконь оделся в щегольской костюм, а Стаценко – по-спортивному.

Лишь 8 июня стало известно, что процесс будет открытым. Когда представители столичных и местных СМИ окружили клетку с подсудимыми, Гаррис встал и сделал заявление на всю страну, не скрывая своего лица.

По его мнению, уголовное дело было сфабриковано. Гаррис говорил о том, что на рынке в Починке у него был бизнес. Как и все, он платил дань Винокуру. После убийства «авторитета» деньги с рынка якобы захотел получать родственник покойного, Рябоконь отказался платить, и тогда ему пообещали, что посадят его.

Со стороны подсудимых и их адвокатов было множество ходатайств, которые просто игнорировались. А 15 июня в смоленский суд приехал потерпевший Сергей Кукура и отвечал на вопросы участников процесса 4 часа. В перерывах стоял с сигаретой в общей курилке посреди своих охранников, шутил, что-то рассказывал. Простой, приятный человек. Страшно представить, сколько он пережил.

В суде Сергей Петрович поведал в подробностях о своём похищении, говорил, что лично он за освобождение никому ничего не платил, предполагал, что это мог сделать «Лукойл». Представитель же компании Станислав Изотов также открещивался от того, что кому-то передавал деньги. Он рассказал:

- Сергея Петровича искали от Владивостока до западных окраин страны, подключили даже экстрасенсов. Компания оказывала транспортную и техническую помощь правоохранительным органам. 3 дня и 3 ночи мы делали ксерокопии денег. А настоящие доллары и евро тоже были приготовлены, я сам был готов передать деньги похитителям, но Сергей Петрович вернулся.

Дом в посёлке Шабель по странному стечению обстоятельств сгорел после того, как Кукура там побывал и опознал некоторые предметы, в том числе и пачку из-под сигарет, в которой он тушил окурки. Потерпевший рассказывал и о том, что в один из дней его заточения он слышал, как воет собака. Оказалось, умерла местная жительница. Проверили – так и есть, умирала женщина в те дни.

Казалось бы, всё указывало на то, что пленника удерживали именно в этом доме и именно подсудимые – Кукура опознал не только ту местность, но и голос Рябоконя. Допрошенные жители деревни говорили, что возле заброшенного дома видели незнакомых людей и машины. И т.д., т.п.

Засекреченные свидетели Кунцевич и Михайлов тоже были допрошены в суде. Они подтвердили, что опознали Стэца и Гарриса как убийц Винокура.

– Мой подзащитный Игорь Рябоконь был опознан с третьего раза, когда выбирать было больше не из кого. Его посадили между двух статистов, которые младше Рябоконя лет на 10, - утверждал московский адвокат Александр Васильев.

29 сентября 2005-го судья Валентина Разенкова огласила приговор, признав подсудимых непричастными к похищению Кукуры, и пояснила, что в ходе следствия имели место существенные нарушения уголовно-процессуального кодекса, а обвинение носит предположительный характер. Что же касается убийства Винокура и его водителя, то Рябоконь получил 20 лет колонии строгого режима, Стаценко – 19.

Приговор удивил всех. Посыпалась вся «схема» следствия, которая держалась на связи двух преступлений – похищения и убийства. Зачем тогда Гаррис и Стэц убили Винокура, если вообще убивали? Вопросов появилось больше, чем ответов.Вскоре обе стороны – гособвинение и осуждённые с адвокатами - стали писать жалобы в Верховный суд. Лишь адвокат Кукуры Гари Мирзоян уклончиво заявил сразу после приговора:

- Мы не сомневаемся в том, что эти люди похитили Сергея Петровича, но есть понятие достижения справедливости, а есть понятие целесообразности. Стоит ли тратить много времени и сил, если подсудимые и так получили большие сроки?

Ищи, кому выгодно

За несколько лет расследования дела по эпизоду с Кукурой так и не появилось даже намёка на ответ в самом важном вопросе: кому было нужно похищение нефтяника? Кто заказчик? Следствие утверждало, что основным мотивом было получение выкупа, но имелись и другие мнения, с политической подоплёкой.

Федеральные СМИ убедительно «рисовали» финансовые схемы сделки между бывшим руководством Смоленской области, Федеральным дорожным фондом и нефтяной компанией «Лукойл». Нужно было срочно заняться реконструкцией Старой Смоленской дороги, но денег на это не было. «Лукойл» задолжал ФДФ 300 млн рублей. Был заключён трехсторонний договор, предполагавший взаимозачёты. В результате – ни дороги, ни миллионов.

Дело грозило обернуться тюрьмой для нескольких смоленских чиновников. Где взять деньги, чтобы вернуть долг государству? И тогда, по версии аналитиков, фигуры от власти «заказали» бандитам похищение Кукуры, чтобы получить крупный выкуп для компенсации растраченных средств. Кукуру называли «жертвой асфальта».

А ещё имелось предположение, что похищение было инсценировано – на то время внутри корпорации «Лукойл» происходили конфликты интересов. Да много было предположений, самых разных и порой нелепых.

И вот – пересмотр уголовного дела, по которому Гаррис и Стэц уже отсидели едва ли не весь свой срок. Засекреченные свидетели, на основании показаний которых и построено, по сути, всё обвинение, оказались «липовыми» - один из них в 2012-м пришёл в Следственный комитет и написал явку с повинной – мол, меня тогда попросили за деньги и выпивку оклеветать незнакомых мне людей, сам же я в день убийства Винокура проходил срочную службу в Мурманской области. И попросил у государства защиты. После проверки дело «спустили» обратно в Смоленск, на пересмотр. Что это, если не скандал?

Наш город снова попадёт в объективы и на страницы федеральных СМИ, хотя судебные заседания, как говорят, будут закрытыми. Все начнут наперебой вспоминать и на разные лады рассказывать эту детективную историю, у которой, похоже, нет и не будет конца.