«Высоцкий читал бы рэп, живи он в наше время»
Одним из хедлайнеров Дня Вышки станет музыкант Noize MC. Его тексты цепляют за живое, потому что он пишет обо всех и каждом в отдельности. В интервью Нойз рассказал о феномене популярности рэпа, о студенческих приключениях и о том, зачем талантливому человеку переезжать в мегаполис.
— Вы считаете себя в первую очередь поэтом или музыкантом? Кто пишет для вас музыку?
— Я скорее сонграйтер: музыку без текста или стихи без музыки я практически не сочиняю, за редчайшим исключением. Но, например, альбом «Hard Reboot» закрывает инструментальная композиция «Safe Mode» — помню, по этому поводу был смешной гневный комментарий в Интернете: «Это ж насколько надо быть тупым, чтобы даже текст не написать!».
Я, конечно же, не хочу выглядеть тупым в глазах взыскательных интеллектуалов из Сети, поэтому всё-таки пишу к своей музыке слова. Сочиняю порой и к чужой музыке — к примеру, в альбоме «Неразбериха» я много читаю на биты нашего командного диджея DJ StuFForD. Бит к песне «Бабки в шапку» написал Алексей «Профессор» Назарчук — барабанщик группы «Anacondaz». Во «Влиятельных покровителях» — музыка Сергея «РасКара» Познякова. И т.п. Всё это классического плана рэп-треки. Песни альтернативно-гитарного плана я сочиняю полностью сам.
— Как вам удается создавать столь злободневные тексты и так глубоко анализировать современное общество? Быть может, высшее бразование помогает?
— Не мне судить о глубине анализа и всё такое. Рад, что вам нравится. Образование точно не мешает, но лично я не люблю, когда автор демонстрирует свою эрудицию, а текст представляет собой нагромождение цитат и отсылок к чужим произведениям. Это всё декорации, спецэффекты — да, они способны выигрышно дополнить хороший сюжет, усилить драматический нерв, но с ними нельзя перегибать. Мне всегда интересно в творчестве увидеть живую эмоцию, личность и её любовь, боль, борьбу — а не список прочитанных книг, просмотренных фильмов, посещённых галерей.
Мне всегда интересно в творчестве увидеть живую эмоцию, личность и её любовь, боль, борьбу — а не список прочитанных книг, просмотренных фильмов, посещённых галерей
— Тем не менее ваши тексты «с двойным дном» — вас не смущает, что смысл иной раз понятен не всем?
— Если пытаешься написать роман, наверное, стоит время от времени использовать сложносочинённые предложения и литературные приёмы. А то может получиться букварь или плакат. Букварь, конечно, понятней — но его все читали. Плакаты же рисуют по другим поводам, с иными целями.
— Вы человек Москвы или Питера? И есть ли между этими городами противостояние? На мой взгляд, это примерно та же граница, как между толстовцами и достоевцами.
— Москвы, конечно. Здесь моя семья. Я часто бываю в Питере, но там я всё равно в гостях. В противостоянии, о котором вы говорите, лично я никак не участвую. По мне, так это скорее некое шуточное соревнование, как вот сыновья мои дерутся: они это могут делать с очень грозными и серьёзными лицами, но на самом деле суть конфликта — ерунда.
— Какие коллаборации считаете самыми интересными и важными? Например, сотрудничество с современными поэтами, такими как Вера Полозкова.
— На мой взгляд, самая мощная наша коллаборация — это «Иордан», совместная песня как раз с питерской группой «Аtlantida project». О съёмках видео на эту песню недавно вышел мини-фильм на нашем youtube-канале: интересно, что в Ленинградской области мы нашли совершенно ближневосточный пустынный пейзаж. Есть совершенно противоположная по духу совместная работа «Чайлдфри» с Лизой «Монеточкой», тоже очень важный опыт для меня. Мне нравятся необычные «совместки», когда каждый из участников выходит из зоны комфорта и оказывается помещённым в нетипичный контекст. Трек с Верой Полозковой — хороший пример.
В каком-то смысле, рэп — это аналог бардовской песни
Сейчас мы готовим небольшую программу с моим преподавателем по классической гитаре — Евгением Алешниковым. Я учился у него в музыкальной школе, мы с его ребятами из оркестра народных инструментов разучиваем четыре моих песни для выступления в Белгородской филармонии 24 сентября — получается эпично, и я в предвкушении результата.
— Кто ваши поклонники?
— Самые разные люди. Разброс по возрасту — от 5 до 65. Я не шучу и не преувеличиваю. На моих концертах контингент от 15 до 30, но мы точно объединяем поколения. На рэп- и рок-концертах часто можно наблюдать типичную историю, когда несовершеннолетние фэны вынуждены тащить своих мам и пап в некий непонятный громыхающий ад — но на наших шоу последние пару лет ситуация обратная: родители сами приводят своих детей. Пишу я по-прежнему для своего круга. Такие песни, чтобы можно было на кухне под гитару спеть друзьям. Или зачитать под минус парням из группы в гастрольном автобусе. Моя музыка — мой способ общения с людьми.
— Вы поднимаете в песнях социальные и политические темы, в частности тему войны, критикуете Запад и власть вообще, и при этом участвуете в политике только косвенно. Можно ли вообще смешивать музыку и политику?
— С помощью музыки я всего лишь озвучиваю собственные взгляды на происходящее. Но самыми сильными, остающимися на многие годы в памяти людей, всё равно получаются песни глубоко личные, никак не связанные с актуальной повесткой. Мне не нужен чужой рупор, чтобы сказать то, что я думаю, — у меня и свой неплохой. У меня есть своё дело, которому я уделяю очень много времени и сил — и это далеко от политики.
Фото: noizemc.com/ Скут
— Почему жанр рэпа так сейчас популярен?
Рэп открывает огромные возможности для работы со словом. Позволяет в рамках трехминутного трека выдать полноценную литературную историю. В плане популярности, жанру на пользу, конечно, демократичные технические требования к автору/исполнителю: купил микрофон, скачал софт на компьютер — и вперёд. На то, чтобы собрать рок-группу и нормально отрепетировать песню живьём, может уйти больше времени, чем на сочинение и запись дебютного рэп-альбома. В каком-то смысле, рэп — это аналог бардовской песни.Высоцкий читал бы рэп, живи он в наше время.
— Как влияют технологии на продвижение современных музыкантов, как они зарабатывают помимо концертов?
— Когда я был подростком, основным источником музыкальной информации было MTV — уже тогда было понятно, что будущее за клипами. Сегодня правят бал YouTube и социальные сети. В России по-прежнему основным источником дохода остаются гастроли, так что с заработком технологии связаны лишь косвенно. Но зато теперь ты сам себе пиар-агент — это правильнее, честнее и интереснее.
— Вы считаете себя независимым музыкантом? В чем это выражается?
— Да, считаю. Мне никто не говорит, какую музыку я должен делать и как она должна звучать. Вам может нравиться или не нравиться результат, но мы с группой сделали это сами и сделали так, как хотели.
— Что сами слушаете и чем вдохновляетесь? Плейлист от Нойза.
Из новой музыки мне понравился альбом XXXTentacion «17» — неожиданно было услышать акустический инди-саунд и трип-хоповые баллады на дебютном большом релизе молодого рэпера. Из русскоязычного слушаю в основном хип-хоп: Anacondaz, Хаски, ATL, ЛСП. Слежу за сайд-проектами Басты, понравились три последних клипа Макса Коржа. Без видео я эти треки не прочувствовал, но вот как аудиовизуальная история — это очень круто. Ещё нравится Die Antwoord, иногда могу Bones послушать. Обожаю британский электронный дуэт Chase & Status — они для меня изобретатели жанра драм'н'бейс-баллады — песня «Кислотный дождь» с прошлогоднего альбома проекта «Царь горы» вдохновлена их творчеством. Из классики рэпа, рока и электроники я по-прежнему обожаю «Нирвану», Эминема, Prodigy и Beastie Boys. Ну, и Cypress Hill, Rage Against The Machine, Limp Bizkit, Linkin Park. Если брать рок 60-70-х, то, однозначно, Beatles и Led Zeppelin. Панк — Sex Pistols до Green Day. Люблю интересные мелодии, необычные гармонии, драйвовые риффы и качающие биты.
Собственно, в Сети есть клип на нашу песню «Общага» с альбома «Protivo Gunz» — там моя студенческая пора запечатлена в должном виде
— Расскажите о студенческих годах и о том, почему не захотели продолжить карьеру академического музыканта.
Я в какой-то момент понял: для того, чтобы добиться настоящего успеха в той музыке, которая меня искренне трогает, гораздо важнее переехать в мегаполис и стать независимым человеком, чем прожить ещё несколько лет с мамой в Белгороде, изучая классическую музыку. Вообще, положа руку на сердце, могу сказать, что теоретической базы, которую даёт музыкальная школа, более чем достаточно для написания музыки в любом современном жанре.
Что касается московского студенческого опыта, тут я вряд ли могу служить примером: занятия прогуливал, постоянно сочинял и записывал песни в общаге вместо того, чтобы корпеть над учебниками, тусовался на вписках и нередко упарывался в дрова. Собственно, в Сети есть клип на нашу песню «Общага» с альбома «Protivo Gunz» — там моя студенческая пора запечатлена в должном виде. В свою защиту могу сказать, что каждый раз перед сессией я брал себя в руки, выучивал весь объём материала и сдавал все «хвосты».
— Обязательно ли музыканту быть эпатажным?
— Нет! Обязательно быть талантливым и трудолюбивым. Ну, хотя бы талантливым.