Вы ее полюбите: как британцам прививают любовь к «неправильной невесте» Меган Маркл
Разбираемся, как шумиха в прессе помогает Букингемскому дворцу принимать в королевскую семью «неправильных» невест и почему, несмотря на десятки мезальянсов по всему миру, Елизавета II все еще против неравных браков.
«Истинно, безумно, глубоко», – именно такое название журналисты известного британского телеканала ITV решили дать своему новому документальному фильму, посвященному отношениям принца Гарри и Меган Маркл и показанному всей стране в прайм-тайм вчера вечером. Забавно, что в далеком 1990 году в Англии под этим же названием выходила популярная комедия, рассказывающая о любви, которая приходит внезапно, поглощая все человеческое существо. Ее главная героиня смогла найти счастье, несмотря на очевидный призрак прошлого (в фильме 1990 года не стали прибегать к прозрачным метафорам: над женщиной просто витал ее покойный муж). И, вероятно, что так же местные телевизионщики рассматривают и судьбу американской актрисы: ее прошлое не имеет значения. Как и все, она достойна любви.
Кажется, что британская и мировая пресса полюбила мисс Маркл сразу, учтиво избавив ее от насмешек и неуместного сарказма, с которым в свое время пришлось столкнуться той же герцогине Кембриджской. Впрочем, здесь нет ничего удивительного: опыт малышки Кейт, которая ждала своего принца без малого девять лет и таки смогла выйти за него замуж, несмотря на предписания протокола, воодушевил многих. Вероятно, именно поэтому журналисты не спешат подтрунивать над американской актрисой, а, напротив, высоко оценивают ее шансы на помолвку с младшим внуком королевы. И яро ее в том поддерживают.
Страшный сон Елизаветы II
Британская монархиня за все свое правление стала свидетельницей не одного королевского мезальянса. Более 60 лет назад князь Монако Ренье взял в жены американскую актрису Грейс Келли, через несколько лет наследник японского престола Акихито женился на простолюдинке Митико, затем норвежский кронпринц Харальд связал себя браком с обыкновенной швеей Соней (а через несколько десятилетий на простой официантке, да еще и с внебрачным сыном на руках, женится и его сын Хокон).
Впрочем, смотреть за пределы Великобритании особой нужды и не было. На глазах Елизаветы, намереваясь выйти замуж за разведенного капитана Питера Таунсенда, саботировала институт монархии ее собственная сестра Маргарет. Затем взять в жены «неправильную» Камиллу Шанд вознамерился ее сын (а главное, наследник Короны), принц Чарльз. Еще позже с желанием выйти за простолюдина выступила ее дочь Анна. И не то, чтобы Королева не любила своих родных или противилась их счастью. Просто она всегда считала, что Корона не может быть очернена неподобающими браками. Эту прививку еще совсем молодой Елизавете сделали те, кто прекрасно помнил, каким кризисом для монархии обернулось скандальное отречение Эдуарда VIII ради Уоллис Симпсон.
Но времена меняются. Очевидно, что после трагической главы под названием «Диана, принцесса Уэльская» королеве пришлось всерьез пересмотреть свои взгляды на счастье собственных потомков, которые нет-нет, да так и норовят влюбиться в простолюдинов или в «не тех». Ставка на Кэтрин оказалась самой удачной: девушка из обыкновенной семьи не только с достоинством выдержала токсичные годы в статусе «подружки принца», но и доказала лично Ее Величеству, что с нею ее дражайший внук в надежных руках.
Как это работает
Годы покажут, что герцогиня Кембриджская стала самым удачным «приобретением» Букингемского дворца (чего только стоит ее поведение во время скандальных выходок принца Уильяма или же ее решение подарить Короне третьего наследника в самый подходящий для того момент). Но все же тогда, много лет назад, как бы прекрасно не зарекомендовала себя возлюбленная принца, для Короны она оставалась просто Кейт. И, несмотря на безусловную любовь народа к однокурснице принца, просто так вводить ее в королевскую семью никто не собирался.
О помолвке старшего внука Елизаветы было объявлено 16 ноября 2010 года, однако имплицитная подготовка публики к мезальянсу началась гораздо раньше – минимум за полгода. Характерно, что уже в апреле в прессе все чаще выступали всезнающие инсайдеры или эксперты, которые спекулировали на тему возможного брака Уильяма и Кейт. То отслеживали, как члены королевской семьи пересматривали свое расписание (верный знак важных новостей), то подсчитывали, сколько бутылок шампанского стал заказывать Букингемский дворец («а не к свадьбе ли?»). На фоне всех этих «вбросов» заговорили и эксперты, которые весьма и весьма высоко ставили роль Кэтрин в будущей модернизации института монархии (активно, к примеру, выступала королевский биограф Пенни Джуннор), снимались телевизионные сюжеты об их с Уильямом love-story. Но, что самое интересное – эксперты изучили и генеалогическое древо мамы Кэтрин и – какая удача! – нашли там дальнее родство с семьей королевы-матери Елизаветы Боуз-Лайон.
Словом, Букингемский дворец почти и не шевелился. Пресса сделала всю грязную работу. Королевская семья не только приняла простолюдинку и давнюю любимицу британской нации, но и сделала это под восхищенные овации публики, обеспечив Короне высочайшие рейтинги на годы вперед.