8 книг, рекомендованных Колином Фертом

Колин Ферт как-то сказал о чтении: "Если я по-настоящему погружен в книгу, то смотрю на мир иначе – и не только в течение часа или около того, пока читаю. Вокруг словно разливается какая-то дымка, и, завороженный книгой, я вижу все будто через призму".

Как замечательно описано состояние, когда книга полностью захватывает читателя! Какие же книги оказались у Ферта в списке любимых? Мы собрали воедино отдельные рекомендации актера, дополнив их издательскими аннотациями. Возьмите книгу с полки Ферта… и взгляните на мир по-новому!

Сицилийский князь дон Фабрицио, герой великолепного и единственного романа Лампедузы, описан как настоящий гигант – в физическом, интеллектуальном и чувственном смыслах. Книга вполне соответствует масштабам этой личности, изображая попытки аристократии противостоять демократическому перевороту и новому национально-освободительному движению. Спустя десятилетия после публикации, последовавшей почти сразу за смертью автора в 1957 году, "Гепард" вошел в число лучших исторических романов XX века.

Рекомендация Ферта: Мир этого романа оставил бы меня равнодушным, если бы не то, как Лампедуза увлекает читателя в повествование – это похоже на дурман… Что совершенно выбило меня из колеи, так это рассуждения о смерти. Они исключительны.

Во времена, когда духовенство Мексики подвергалось жестоким гонениям, суетный священник, "поп-пропойца", находится в бегах. Полиция все ближе, пути отхода перекрывают один за другим, и шансов на спасение все меньше. Но сострадание и человечность толкают его и дальше идти навстречу своей судьбе, ведь герой не желает покидать тех, кто в нем нуждается и небезразличен ему.

Рекомендация Ферта: Я люблю парадоксы, мне нравится, что все так сложно, и спасение, которого жаждет "поп-пропойца", он в действительности может найти только в самом себе.

Перед читателем разворачивается восхитительная яркая панорама Нового Орлеана на заре эпохи джаза. В центре сюжета Бадди Болден, первый из великих трубачей – некоторые даже называют его основоположником джаза. В любом случае, это история гения, умеющего вести за собой других, короля своего времени.

В этой художественной медитации Болден, негласно признанный отцом джаза, во всех отношениях остается дразнящим и непостижимым призраком. Тайн его жизни, искусства, безумия можно коснуться, но нельзя разгадать. Проза Онтадже иногда поразительно лирична, а роман, написанный на основе разнообразных документов и свидетельств, напоминает лучшие современные детективы, в которых тайна так и остается нераскрытой, но является читателю во всей своей полноте. Будучи по форме более "экспериментальной" книгой, чем Английский пациент или В шкуре льва , она, тем не менее, прекрасно вписывается в творческое наследие прославленного автора.

Рекомендация Ферта: Невероятно жизненно… И немного напоминает просмотр старых фотографий. Будто видишь призрака начала века из Нового Орлеана.

В этом смешном романе, полном отчаянного сострадания, Дэвид Гейтс, чья первая книга "Джерниган" стала финалистом Пулитцеровской премии, отправляет своего протагониста в тяжелое путешествие по мрачному пригороду, чтобы исследовать провинциальные проявления мужественности, требования, которые юность предъявляет зрелости, и упорную, а порой и извращенную, силу любви и ее умение показать себя.

Когда Дуг Уиллис переживает кризис среднего возраста, он не идет в спортзал и не заводит роман на стороне. Вместо этого он разбивает палаточный лагерь, чтобы отдохнуть с женой и детьми, но оказывается под арестом, берет двухмесячный отпуск от работы пиарщика и ищет уединения на ферме близ Престон-Фолс. Здесь он подключает к розетке гитару и пытается отгородиться от своей жизни.

Пока его жена Джин делает все, чтобы оплатить счета и поставить на ноги их строптивых и скептически настроенных детей, планы ее мужа сделать перерыв перемалываются в прах не без помощи кокаинового топлива. Разбитое окно, оружие, оставленное без присмотра, и прокурор маленького тенистого городка торопливо разрешает дело — Уиллис вновь не может вернуться домой. Язвительный юмор и суровый реализм "Престон-Фолс" закрепляют за Дэвидом Гейтсом статус продолжателя традиции Рассела Бэнкса и Ричарда Форда, художника, мастерски передающего мрачную правду и внутреннюю тоску.

Рекомендация Ферта: В финальной сцене поражает нотка нежности… Меня тронуло это ощущение любви как чего-то хорошо знакомого.

В 1965 году счастливое семейство Бедлоу живет в Балтиморе идеальной в типично американском смысле жизнью. Но в мгновение ока их существование переворачивается с ног на голову в результате трагедии. Особенно остро переживает ее младший сын, 17-летний Иэн Бедлоу, чувствующий свою вину за "случайную" смерть старшего брата.

Подавленный и опустошенный, Иэн медленно погибает под грузом невыносимой, скрываемой от всех вины. Однажды морозным январским вечером ему бросается в глаза желтая неоновая вывеска с надписью "ЦЕРКОВЬ ВТОРОГО ШАНСА". Он входит внутрь и вскоре понимает, что прощение нужно заслужить – для этого нужна жертва и много любви…

Рекомендация Ферта: По-моему, очень интересно, какое грандиозное духовное путешествие совершается на просторах жизненной банальности.

"Свет в августе" ознаменовал особую веху в американской литературе. В этом романе Фолкнер обратился к одной из ключевых тем своего творчества: природа зла. Обреченный Джо Кристмас забрел далеко на юг в поисках себя и своего места в обществе [имеется в виду так называемый Глубокий или Дальний Юг – штаты, которые прежде сильнее прочих зависели от плантационной формы сельского хозяйства. В первую очередь речь идет о штатах Алабама, Джорджия, Луизиана, Миссисипи и Южная Каролина – прим. перев.]. После убийства его испорченной набожной любовницы герой неизбежно становится жертвой толпы линчевателей. И все же после принесенной жертвы зарождается новая жизнь, луч света, озаривший сложный и трагический мир Фолкнера.

Рекомендация Ферта: Знаете, даже забавно: это одна из моих любимых книг, но говорить о ней сложнее всего.

После пятидесяти лет жизни в качестве жены и матери Энид Ламберт наконец-то решила развлечься. К несчастью, рассудок ее мужа Альфреда помутился на почве болезни Паркинсона, а их дети давно покинули родительский дом, устремившись навстречу собственным жизненным бурям. Старший из них, Гари, некогда успешный брокер и счастливый семьянин, пытается убедить свою жену и самого себя, что не страдает от депрессии, хотя все указывает на его заблуждение. Средний, Чип, потерял такую стабильную с виду университетскую должность и терпит чудовищные неудачи на новом поприще. Младшая, Дениз, спаслась от ужасного брака, но теперь растрачивает свою молодость и красоту на интрижку с женатым мужчиной – или, по крайне мере, так кажется ее матери. Отчаянно стремясь к какой-то радости, ожидающей ее в будущем, Энид ставит себе цель: собрать всю семью в своем доме на последнее Рождество.

Рекомендация Ферта: Франзен показывает… что проблемы не рассеиваются потому только, что все обнимаются, прощают друг друга, и все само собой устраивается.

Немногие романисты способны передать все тонкости и нюансы своей среды так остроумно и проницательно, как это делала Джейн Остин. С помощью жизнерадостных и решительных героинь и их окружения Остин создает реалистические картины жизни английского среднего класса конца XVIII века. Каждая книга писательницы посвящена браку, в основе которого лежит любовь, финансовый расчет или социальная выгода. Но это не просто любовные романы – это мастерски проведенные исследования общества, которые Остин наполнила иронией, юмором и мудростью. Рекомендация Ферта: Я не читал Джейн Остин до того, как сыграл мистера Дарси в "Гордости и предубеждении", и эта писательница стала для меня открытием. Я прочел все ее книги, и жалею, что их так мало.