Куда делись 115 млн манатов на оздоровление? безответные вопросы Акрама Гасанова

На днях, как уже сообщал haqqin.az, прошло очередное заседание Комитета кредиторов крупнейшего обанкротившегося банка – «Банк Стандард», которое, в отличие от прошлых заседаний, запомнилось своей скандальностью. Что же произошло на сей раз?

Haqqin.az обратился с этим вопросом к председателю Комитета адвокату Акраму Гасанову.

«Если коротко, то имело место крайнее недовольство кредиторов пренебрежительным отношением со стороны нового руководителя, являющегося ликвидатором банка Фонда страхования вкладов (ФСВ) Вюгара Абдуллаева. Кредиторы заранее через меня передали ему просьбу присутствовать на нашем заседании, чтобы ответить на волнующие людей проблемы. Абдуллаев сказал мне, что постарается, но не обещает. А прямо перед заседанием сказал, что не сможет присутствовать», - рассказал Акрам Гасанов.

Как напоминает собеседник, бывший руководитель ФСВ Азад Джавадов, который конфликтовал с Комитетом, тем не менее постоянно присутствовал на заседаниях и отвечал на все наши вопросы.

«Судите сами мы в своем письме задали следующие вопросы. Куда делись 115 млн. манатов, выделенные в прошлом году на оздоровление банка? Почему Центробанк и азербайджанский Ипотечный фонд в нарушение закона и вне очереди уже забрали свои 61 млн. манатов? Кому еще и на каком основании ФСВ вернул деньги, используя механизм взаимозачета? На каком основании также вне очереди ФСВ собирается вернуть 20,3 млн. манатов Национального фонда поддержки предпринимательства? ФСВ ежегодно тратит на ликвидацию банка 3 млн. манатов за счет кредиторов, заявляя, что 70 процентов этой суммы – зарплата работников. Мы попросили представить штатное расписание работников, задействованных в ликвидации банка, чтобы знать, кому и сколько платят за наш счет.

Мы также попросили ФСВ дать отчет о всех своих расходах на ликвидацию банка. Плюс в соответствии с Законом «О банках» мы попросили представить ежеквартальные финансовые отчеты и ликвидационные планы за два предыдущих квартала. Наконец, попросили руководителя ФСВ выполнить свое устное обещание и представить список всех кредиторов и дебиторов банка», - говорит банковский эксперт.

По его словам, Абдуллаев в своем ответном письме ответил только на последний запрос, сообщив, что не может предоставить список кредиторов и дебиторов, поскольку это якобы составляет банковскую тайну. «Хотя уже даже Конституционный суд недавно заявил, что банк, лишившийся лицензии, уже не является банком, а потому ни о какой банковской тайне не может быть и речи! Но самое главное – Абдуллаев фактически дезавуировал свое устное обещание предоставить эти списки».

На все прочие вопросы и запросы он просто не ответил, лишь обобщенно процитировав некоторые положения действующего законодательства. «И вкупе с тем, что он не явился на наше заседание, такой ответ кредиторы восприняли как пренебрежение. Негодующие кредиторы даже встали, чтобы пойти к нему в кабинет (напоминаю, что наши заседаний проходят в здании ФСВ). Мне с трудом удалось отговорить кредиторов не делать этого. В итоге я прямо оттуда позвонил Абдуллаеву и попросил самому назначить дату следующего нашего заседания и присутствовать на нем. Он обещал сделать, после чего страсти немного улеглись. После заседания я еще раз говорил с руководителем ФСВ: он обещал назвать дату на следующей неделе».

Однако и после этого заседание проходило довольно нервно. «От встречи с нами уклонился также советник руководителя ФСВ Орхан Хубанов. Напоминаю, что он является бывшим заместителем председателя правления «Банк Стандард» и племянником заместителя председателя Центробанка Вадима Хубанова. Поскольку в банкротстве «Банк Стандард» прежде всего как раз виновато бывшее руководство этого банка, а также Центробанк, мы считаем неправильным его назначение на столь высокий пост в ФСВ. Поэтому мы хотели выслушать его версию банкротства банка, а также заверения в объективном подходе к своей текущей работе. Но ни он, ни даже сотрудник ФСВ, ответственный за сбор кредитов «Банк Стандард, на встречу к нам не пришли. А потому кредиторы расходились крайне возмущенные».

Акрам Гасанов отмечает, что прекрасно понимает кредиторов: «Напоминаю, что только у физических лиц (более 43000 человек), в том числе иностранных граждан в этом банке осталось 157 млн. манатов. А долг банка около 2000 местным и зарубежным компаниям (среди которых такие крупнейшие национальные компании как SOCAR, Azercell и прочие) составляет 425 млн. манатов. ФСВ, как ликвидатор, должен стоять на страже интересов кредиторов и сделать все возможное для возврата их средств. Насколько он будет стараться, можно судить по его прозрачности. А он не прозрачен! Это дает нам повод сомневаться в объективности и честности ФСВ».

Положение ликвидатора банка можно охарактеризовать словами Глеба Жеглова из фильма «Место встречи изменить нельзя»: «Это же Клондайк, Эльдорадо!» Давайте перечислим некоторые возможности ФСВ для легкой наживы при такой непрозрачности и не подконтрольности кредиторам.

«Прежде всего, ФСВ может искусственно завышать свои официальные расходы и зарабатывать на откатах. Метод известный. Когда деньги не твои, а контроля нет, всегда есть соблазн их присвоить. Плюс ФСВ может раздувать свои штаты и брать на работу ненужных людей (родственников и т.п.). И при этом растягивать процесс ликвидации на годы, пока у банка есть какое-то имущество для «распила».

Далее, ФСВ может продавать имущество банка с формально заниженной стоимостью, наживаясь на взятках покупателей.

Не исключен и вариант того, что ФСВ может нарушать очередность удовлетворения требований кредиторов (уже делает это!) и даже пропорции при возврате их средств. Скажем, у компании осталось в обанкротившемся банке 10 млн манатов! Хватит ли у руководства ФСВ порядочности отказать компании в возврате хотя бы половины за хорошую взятку: например, вернуть 6 млн и получить оттуда 1 млн? При прозрачной деятельности, если не хватит порядочности, то точно хватит страха перед уголовной ответственностью. А при текущей ситуации очень сомнительно!

Но основной коррупционной схемой ФСВ может быть возврат кредитов, выданных самим обанкротившимся банком. Вариантов тут много. Допустим, кто-то должен банку 5 млн манатов. Можно заключить с должником невыгодное для банка мировое соглашение и утвердить в суде: возвращаешь половину суммы, остальное прощаем, залоги освобождаем. А за то, что ему простили 2,5 млн, должник дает ФСВ взятку, скажем, 1 млн. А за большую мзду можно пойти еще дальше и вообще проиграть должнику судебный процесс по возврату долга. Благо суды выигрывать трудно, а проиграть, т.е. играть в поддавки, легче всего. Ну, в крайнем случае можно сроки исковой давности пропустить. Либо добиться решения суда о возврате долга, а залоги при этом вроде как прошляпить (мол, договор залога вдруг оказался недействительным) и в итоге выиграть суд против должника под вывеской «Рога и копыта».

Почему кредиторы должны верить, что кто-то очень честно и без их участия эффективно ликвидирует банк, где у них остались деньги, и этот кто-то днем и ночью думает только о том, как бы побольше вернуть деньги этим самым кредиторам?! Доверять можно только тому, кто прозрачен! А потому очень надеюсь, что на нашем очередное заседание господин Абдуллаев придет и будет убедителен», - подчеркнул Акрам Гасанов.